ФильмКино

Вы здесь

Интервью с автором социальной драмы «1210» Арсением Гончуковым

Интервью с автором социальной драмы  «1210» Арсением Гончуковым

«Есть влюбленность, увлечение, а есть любовь»

Фильм «1210» выходит в прокат с 25 октября в кинотеатрах «Художественный», «Факел», «Звезда».

1. Расскажите о своей съемочной группе. Какие сложности возникли при ее формировании?

Ну, это вообще длинная история, потому о съемочной группе на практически безбюджетном проекте вообще разговор особый. Специалистов в кино очень мало, и они высокооплачиваемые. Несмотря на то, что принято считать, что денег на отечественное кино нет, средняя зарплата составляет порядка ста тысяч. Поэтому найти группу людей, которые бы бесплатно работали, причем каждый на своем месте, практически без подобающих условий достаточно сложно. Я это решал следующим образом: здесь мне помогли социальные сети, за несколько месяцев до съемок и до, соответственно, предподготовительного периода фильма, я бросил клич в соцсетях по своим друзьям, что собираюсь снимать кино и мне нужна группа. Даже я не обозначал как-то, кто конкретно нужен. Самое главное в таком деле найти энтузиастов. Я всегда говорил, что главное, чтоб у человека глаза горели и с руками был. Всему остальному научу, могу показать, и опыт в кино есть. На мой клич пришло порядка 50 человек, это не дети, а взрослые люди с работами, с машинами. Люди, которых не устраивает их жизнь в нынешнем ее виде: домохозяйки, которые хотят найти какую-то сферу деятельности, чтобы быть независимыми от мужа, менеджеры, которых доконал офис и которые готовы на все лишь бы в нем не сидеть. Ну, и, конечно, это те, кто слово кино произносит с придыханием и использует любую возможность в жизни, которая их к этому слову приблизит.

Все они готовы были вкладываться, у всех были какие-то свои таланты, свои умения, какой-то опыт. Я делал на протяжении нескольких недель некий кастинг, то есть отбирал людей к себе в команду. Встречался с ними, говорил, беседовал, проверял, наблюдал. На самом деле я сейчас раскрываю какие-то секреты своей кухни, о которых еще никому не рассказывал. Мне просто было важно, чтобы человек довел дело до конца, чтобы он был обязательным, ответственным, просто без этого вообще ничего не имеет смысла. Я понимал, что мне нужно из этих 50 человек выбрать тех, на кого я реально готов положиться, у кого есть мозги, у кого есть руки, кого можно обучить, и кто не подведет. Для очень многих главным доводом, чтобы прийти, было то, что я уже работал в большом кино, причем достаточно продолжительное время, что я не просто там студент, который снимает свою первую картину.

И еще маленькая ремарочка, забегая вперед, забавно, что после фильма у многих членов команды карьера пошла вверх. Например, оператор Костя Рассолов, который вообще нигде не учился. Я его очень ценю за талант, хотя у него не было базы, образования. После того, как фильм «1210» вышел, скорее это даже был еще трейлер, ему предложили что-то снять для телеканала «Культура» в Питере, сейчас зовут на полные метры. Других уже берут в кино с моей площадки, кто-то просто находит работу, делает карьеру, входит во вкус.

Ну, есть, конечно, достаточно случаев, когда люди не очень благодарны, например, один мальчик к нам пришел. Причем был менеджером в магазине, отработал у нас на картине, очень хорошо работал, ответственно, а потом… Понимаете, какая штука, на съемках всем нравится быть, нравится быть на площадке. Но совсем немногие могут выдержать предпродакшн, то есть 2-3 месяца кропотливой, тяжелой, моральной и физической работы: возить, пилить, строгать, рушить свою личную жизнь, а, если ее нет, то заполнять полностью ее пространство. Но самый, наверное, ответственный это постпродакшн, то есть мы сняли фильм за 6 смен, что является рекордом и вообще небывалая штука для полного метра, а потом шел год работы для того, чтобы фильм довести до ума, чтобы сделать его соответствующим всем техническим параметрам: по звуку, по цветокоррекции, по монтажу. То есть это целая, огромная история, требующая колоссального количества личных вложений. Естественно, пройти всю дистанцию могут единицы, а этот мальчик, он как бы с нее сошел и не просто сошел, а как бы резко дал понять, что ему неинтересно продолжать работу, что называется слился. А потом я смотрю, он уже на другой площадке, то есть как бы в кино у него уже все хорошо, поэтому это забавно.

Да, группа во многом была непрофессиональная, их приходилось учить, но я старался этим заниматься, вкладывался в каждого человека, каждому звонил, узнавал, да, я требовательный и профессия у нас очень требовательная – кино.

С некоторыми из ребят я работал и до проекта «1210», я их безумно люблю, ценю, уважаю, им принадлежит огромная заслуга в этом фильме. Без них вообще бы ничего не было. Это Костя Рассолов оператор-постановщик, это второй оператор, который взял на себя всю тяжесть технического обеспечения фильма, очень тяжелая штука, отвечал за нее Олег Красин. Это Екатерина Лопынина художник-постановщик, прекрасная девушка, художник со вкусом, с которым я мечтаю не расставаться. Единственный человек, с которым я сейчас уже делаю свой третий фильм с рабочим названием «Полет». Саша Печкина, которая очень сильно нам помогала, композитор Никита Белов, звукорежиссер Арсений Шиповских. Я, наверное, остановлюсь тут, потому что перечислять всех будет очень долго. Это Лена Кирьянова, например, которая живет в другой стране, но сделала великолепный сайт нашего фильма, на который просто хочется заходить и любоваться, насколько он хорош, полон, и такой авторский получился. Много-много очень людей, кино – это команда, это не режиссер, это не актеры, это большая команда, большое производство.

2. Каким образом происходило утверждение актерского состава?

Искали, находили, советовались с одним кастинг-директором очень опытным в кино Татьяной Комаровой, которая считается таким ключевым человеком в авторском кинематографе. Не знаю, стоит ли рассказывать все в полном объеме, но хочу сказать одну такую вещь, я, как режиссер, всегда встречаюсь с актерами и уделяю им особое время и особое место в своем графике, потому что именно на актеров смотрит зритель, именно им сопереживает и с ними проживает свою жизнь. Я помню, как кастинг-директор звонил мне и спрашивал выдержу ли я третьего за день. То есть речь о чем, мы встречаемся с актером, тут же могут быть какие-то пробы, можем почитать какой-то текст, ну где-то 1-1,5 часа уходит на это. А я вроде как не девочка маленькая, большой высокий мужик молодой и казалось бы чего там 1,5 часа на человека, но вы знаете, это настолько напряженная работа, столько она забирает сил, эмоций. Такое во время общения с актерами идет напряжение интеллектуальное, душевное, творческое. Что действительно могу признаться, встретиться с 3-мя актерами за день, это уже очень сложно. Один в день это нормально, два на пределе.

Еще сложнее становится потом, когда на каждую роль остается по несколько человек и ты должен выбрать, развешиваешь их фотографии и смотришь, как они сочетаются друг с другом. То есть абсолютно нормально трое суток провести в абсолютных мучениях, не спать, думая,какая из двух хороших актрис подойдет на твою роль. Притом я совершенно четко представляю, какая актриса у меня должна быть . Но есть такая фраза, что кастинг это 80% удачного фильма, это правда, и очень тяжко дается. Потому что можно ошибиться и все пойдет насмарку, у тебя главного героя будет играть человек, которому зритель не поверит.

Но с главным героем у нас отдельная история, ему надо посвящать специальное интервью, потому что Роберт Вааб фантастический актер, о котором сейчас очень много пишут. Настолько блестяще он сыграл свою роль и до сих пор было непонятно ни мне, ни зрителям, почему у него так долго не было полнометражных работ, почему он не так известен. Да, он живет в Таллине, работает в кукольном театре. Снимается в эпизодах у Германа, Сокурова, Лозницы, но вот больших ролей у него не было. У меня два ощущения по отношению к Роберту: это какое-то запредельное чувство благодарности за то,что он выдержал с нами 6 смен и принимал участие, несмотря на свой возраст, бесплатно, бескорыстно, и, второе - чувство радости, что люди сейчас говорят. Так что у него сейчас должно быть все хорошо, я очень надеюсь на это. А обида за то, что его мало снимали, она тоже есть, конечно, но, думаю, сейчас это как-то сдвинется все.

3. Хотите ли вы в будущем заниматься коммерческим кино или вам все-таки ближе авторский кинематограф?

У меня есть Манифест опубликованный и ссылочка на портале Public Post, там я про это подробно говорю. Вот коммерческим для чего? Коммерческим для того, чтобы зарабатывать, мне в принципе неинтересно. В жизни можно заработать деньги и какими-то другими путями, да, я опытный журналист там, копирайтер, пиарщик. Я могу заработать себе на хлеб. Мне не нужны ни машины, ни виллы, ни дорогие шмотки, поэтому я абсолютно гармоничен в том, что не потребляю много денег и счастлив, что не гонюсь за большим кушем, поэтому кино ради коммерции мне неинтересно абсолютно. Авторский кинематограф, наоборот, интересен, потому что здесь есть возможность высказаться. Для меня кино – послание, миссия, смыслы, возможность донести что-то до зрителя, не мое личное, а именно что-то важное. И мне нужен такой кинематограф, если его кто-то продаст – хорошо, если не продаст – не беда. Интересно кино в его изначальном смысле. Не кино шоу-бизнес, не кино-развлечение, хм, хотя это тоже интересно, кино как развлечение, я тоже смотрю там «Трансформеры», «Темный рыцарь», но для себя я вижу возможность заниматься кино только в том русле, которое дает мне возможность высказаться.

4. Планируете ли вы в ближайшее время снимать еще что-нибудь? И, если, да, то о чем пойдет речь?

Значит, тут два момента. Во-первых, сейчас в монтаже третий фильм, он тоже полнометражный, как и второй. Первый короткометражка – «Конечная остановка», а сейчас монтируем и доснимаем картину под названием «Полет». Правда, там есть продюсер, Денис Сапегин пермский продюсер, режиссер, оператор. У него там небольшой продакшн. Летом в июне этого года он пригласил меня, предложив обеспечить производство в Перми: транспорт, деньги, людей, нашел прекрасного директора Елену Растянис. В общем я взял своего Костю Рассолова, Катю Лапынину. Мы поехали втроем, там подобралась огромная, очень хорошая команда, нашли актеров. Сняли очень красивый фильм, как мне кажется, для которого также надо будет делать звук, цветокоррекцию и пр. Я сейчас занят этим, ну, и, естественно, организацией проката без дистрибьюторских компаний, мне в этом помогают друзья.

Что дальше снимать? Есть один сценарий, который мне очень импонирует, я пишу в год много сценариев, но не все считаю подходящими. Есть мечта снять небольшой короткометражный фильм на тему постапокалипсиса. Это один из многочисленных коммерческих жанров, который мне нравится. Я не люблю детективы, боевики, романтические комедии тем более, да, и комедии вообще. Так что хочется снять авторский постапокалипсис, но, может быть, я эту идею реализую зимой или следующим летом параллельно с основными проектами. Но это все как бы не отвлекает от работы над полнометражными сценариями. Каждый сценарий это особая концепция, мой период жизни, очередной шанс. Надеюсь, следующий «шанс» уже будет бюджетированный, и производство будет на уровне, но не знаю, если не будет, то сами снимем.

5. Какие организационные проблемы возникли у вас во время создания фильма (начиная с подготовительного и заканчивая монтажно-тонировочным)?

Безбюджетный фильм, который в реальной жизни требует от двух миллионов долларов, сам по себе такая огромная оргпроблема. Был случай, когда я в 6 утра собирал караван. Караван – это такая череда машин съемочных, собирал из такси, раздавал рации водителям таджикам, и мы ехали так друг за другом, никто не понимал, что происходит. Когда в ноябре темно, едет 15 штук машин, то это выглядит внушающе. В МТП огромное количество съемочного материала и хорошо, что есть люди, которые помогают мне не биться с этим совсем уж в одиночку. Например, Денис Глинский из компании Cinelab, который сделал мне бесплатно цифровую копию DCP, она очень важна и стоит немало. Есть коллеги, которые помогали мне в монтаже. Мои мастера Анна и Владимир Фенченко давали мне советы.

6. На что вы рассчитывали, снимая подобную картину? Какова была конечная цель?

Знаете, я вообще не думал, на что я рассчитывал. Я рассчитывал на зрителя. Конечная цель – донести до зрителя смыслы. Боль этого человека, страх, трагедию, если говорить выше, неустроенность, одиночество этого простого обычного полуроссийского, полусоветского старика, который никому не нужен, которого все шпыняют. Послушайте, шпыняют всех нас. Меня в очереди не посылали? Да, через очередь всех посылают. Не унижали, не требовали за справками ходить по 20 раз? Нас не выкидывали родные? Не кидали, не избивали на улице? Да, абсолютно типичные ситуации. А в центре наш российский человек. И конечная цель все это собрать и сказать ребята вот, вот это мы. Что мы делаем, как мы поступаем. Я терпеть не могу, когда говорят грязь, чернуха, слушайте, откуда эта брезгливость? Вот к самим себе, к этой жизни? При чем тут грязь? Это же наши проблемы, наша жизнь, то, с чем мы сталкиваемся каждый день. Выходишь на улицу, начинается мой фильм. И это нормально, это те вещи, с которыми надо бороться, которые надо видеть, которые нельзя допускать. Больше всего я мечтаю вызывать отклик, эмоции. Я просто сам иногда могу, посмотрев хороший фильм, выйти из кинотеатра и позвонить маме или сделать что-то внештатное по отношению к своим родным, обернуться и посмотреть на тех, кто рядом. Это самый главный эффект. Я не знаю цели в жизни более высоких, чем эта.

7. Считаете ли вы, что когда-нибудь краудфандинг займет более достойную позицию в финансировании кинопроизводства?

Честно говоря нет, но возможно я пессимист. В Америке все работает, собирает огромную кассу, у нас ничего не собирает, ничего не работает. Мне кажется тут есть две проблемы. Во-первых, на своем примере, я собрал деньги из Интернета, их было немного на самом деле, примерно 80 000 рублей, но тем не менее сумма помогла, она была очень важна. То есть я потратил примерно в 10 раз больше, чем собрал там, но деньги присылали люди по одному доллару, кто-то по 10 давал, абсолютно искренне. Меня это поразило и заставило вообще переосмыслить какие-то вещи.

Но в целом, просто авторы не умеют свои проекты представлять так, чтобы им дали денег, и у нас просто нет традиции скидываться. Мы не жадные, как может показаться, мы не скупердяи, не бедные. У нас авторов просто нет культуры, как заинтересовать, как донести, как интегрировать человека, который вносит деньги в твой проект. Вот этому надо учиться, это большое мастерство, которому не научишься в каких-то школах, хотя, может, и можно пройти какие-то курсы. Второе – нет во многом культуры и ,третье, пожалуй, низкий уровень доверия к российскому кино. Был один парень, который в комментариях к фильму спросил у другого, действительно ли тот ходил смотреть российское кино. Поэтому краундфандинг – это будущее, но не более того, к сожалению.

8. Были ли такие производственные моменты, которые наиболее глубоко запали вам в душу или которые вас чему-то научили?

Их было очень много, но какие-то самые яркие. Первый момент, как мы умудрились снять полнометражный фильм за 6 дней. Если честно я до сих пор этого не понимаю, и никто этого не понимает. Был длительный предпродакшн, три месяца я готовился к каждому кадру, каждый день ходил как на работу.

Мы должны были снимать на улице практически в чистом поле, там была автостоянка с будочкой, нам разрешили снимать, но не заходить на территорию. По нашему сценарию на крыльце должен был быть диалог героев. А руководства не было в субботу, оно велело впустить киношников охраннику, когда они придут. А у меня Александр Сухинин, большой актер, известный артист, очень высокооплачиваемый, согласился сыграть бесплатно. И мы приезжаем на площадку, а у нас не было даже машины, то есть не было гримерки, был только камерваген, в который влезала камера и два человека. Не было машины, где могли бы люди прятаться, мы приезжаем, и идет дождь стеной. Я вдруг понимаю, что приплыли, потому что сейчас уедет такси, которое нас туда привезло, актеры выйдут, а сцена еще вдобавок снималась с крана, а это время. Во-первых, Сухинин мог сказать: «Ребята вы совсем обалдели, я как бы готов бесплатно работать, но заболеть воспалением легких нет». Во-вторых, пока снимаем, все промокнут. В общем я платил таксисту за каждый час простоя, подбежал к охраннику попросил открыть комнату, чтобы оставить вещи. А там в этой будке камеры слежения стоят и прочее. Я говорю оператору, давай, снимаем сцену внутри, снаружи снимаем только выход. Мы туда просочились, посадили двух актеров, под видом, чтоб не промокли, и отсняли одну из самых больших и любимых моих сцен в фильме. Причем нам повезло, что внутри не надо было делать декорации, эта каморка настолько была аутентичная, настолько красивая, с каким-то интересным таким окном, веревками, батареей, телевизором, диваном. И получилось очень здорово.

Оператор, механик после 6 смен уже падали, спали в коридоре на площадке, потому что поздно ночью поехали в рентал сдавать оборудование, чтобы забрать его на следующий день, прокололи колесо. В итоге стояли на МКАДе всю ночь, в общем час они отдохнули и сразу на площадку.

Был еще один момент, когда с одной компанией мы долго-долго договаривались, чтобы снять кабинет. Нам давали в аренду некую комнату, из которой мы должны были и сделать его. У меня очень болела голова, я не знал, сможем ли мы сделать кабинет таким, каким он прописан в сценарии. А там надо было обустроить очень много, так как были всего лишь голые стены, надо было достать столы и привезти их, а у нас ни машины, ни денег, нужно было достать компьютеры. Я попросил ребят, они на Avito покупали компьютеры в сборе, большие за 500 рублей, или бесплатно вывозили в достаточно позднее время суток. Девчонки тоже помогали. Нужны были папки, плакаты. В общем все наполнение надо было сделать внутри, чтобы декорации были похожи. Я очень волновался за правдоподобие.

И вот за неделю мы нашли столы, хорошо, что за неделю пришли оплачивать аренду этого кабинета, приходим, нас отправляют к начальнику безопасности. Хорошо, что я поехал. Значит мы приходим к этому начальнику безопасности. Заходим к нему и попадаем в офигенный кабинет, то есть желтые лаковые тяжеленные столы 70-80-ых, все завалено папками, на стенах все висит, комп стоит. Мы все подписываем, я сразу стал строить глазки, но мне идея не сразу пришла, вначале подумал, что это нереально, так как начальники безопасности обычно старой закалки. Вдруг я у него спрашиваю, можно ли там снять, он улыбнулся и ответил, что можно. Это была неожиданная победа. Мы с огромным удовольствием там отсняли весь необходимый материал , потому что в этом кабинете происходят ключевые сцены фильма.

9. Сколько составил бюджет картины и на что он был потрачен? Некоторые зрители заметили небольшие проблемы со звуком. Какое оборудование использовалось? Как создавался антураж картины?

Про проблемы давайте сразу забудем, это была чисто моя ошибка, мне не хватило времени, сделал неправильный диск для кинотеатра. В фильме звук прекрасный, записывали на студии, где делали «Брестскую крепость», именно на звук мы собирали деньги в Интернете. Бюджет картины составил… я определяю его в 20 000 долларов, обычно говорю, что это то, что было потрачено в денежной форме. Если посчитать труд всех людей, которые вкладывали свои силы, время, мозги, душу, сердце, то выйдет бюджет нормального полнометражного фильма.

Самые дорогие вещи это съемочная аппаратура, транспорт и свет. Мы использовали Марк 2, мой любимый фотоаппарат с полноразмерной матрицей 35 мм. Я считаю, что это революционная техника, и она продолжает быть таковой. В наше время уже нет ничего удивительного, что все снимается на фотоаппарат. У нас была хорошая кинооптика, кран, телега. Все достойного уровня, не скажу,что высокого, но добротного. Да, еще тратили деньги на декорации, нужен был реквизит. Я лично ездил с художником на барахолку зимой на электричке, покупали папки, старили их, приобретали столешницы, занавески.

Группу надо было кормить, пусть это небольшие деньги, но ежедневные и обязательные, а в случае, когда нет столовой или буфета на колесах, затраты становятся непредсказуемы. Однажды было, давайте купим в «Макдональдсе», ага, купили, получилось в 3 раза дороже, если бы мы сделали бутерброды дома. Когда у тебя в одном месте трудятся 15 человек, то проблема с питанием весома. Люди не роботы. Это и физика, и мораль, сложно работать на голодный желудок.

10. Вы долго вынашивали идею картины «1210». С чем было связано ее появление?

Делали 3 года, полтора года вынашивал идею, много пишу сценариев, но настоящую идею всегда узнаю. Есть те, которые появляются, а затем возвращаются и начинают тебя беспокоить. Есть влюбленность, увлечение, а есть любовь. Наверное, это то, что творится в нашем обществе, в нашей стране и то, что происходит во мне. Я бы не сказал, что в этом фильме много личного, но вместе с тем, в этом фильме много личного. Просто задача художника вылавливать и находить то, что у тебя есть общего со всеми. Если хочешь о себе говорить, пиши стихи. Соединение векторов, когда росточек появляется он со временем прорастает. Первоначально сценарий был всего на 11 страниц (11 мин.), в итоге он вырос в большее, кое-что додумывалось уже на съемочной площадке. Это был увлекательный процесс, кое в чем неконтролируемый. Но я очень рад, что идея осталась в фильме и идет к зрителю в первозданном виде.

11. Как вы считаете, чего не хватает отечественным продюсерам?

Смелости, не буду говорить грамотности, мозгов, профессионализма. Как многие утверждают, мол они у нас все тупые, непрофессиональные, нет, у нас все есть. У нас есть и великие мэтры, к которым там и я мечтаю попасть. Есть там и совершенно потрясающие продюсеры, которых я безумно уважаю: Сельянов, Роднянский, Клебанов.

Роднянский, который снимает «Елену» вместе со Звягинцевым, большой человек, достойный уважения. Сельянов, который все эти годы поддерживает Балабанова, дико много сделал для нашего кино. Клебанов, который возит в Россию на постоянной основе совершенно потрясающие фильмы. Много хороших, может, я и не о всех знаю и, к сожалению, не все знают обо мне (смеется). Этим продюсерам уже всего хватает, но, если говорить о тех, кто только появляется в этой роли, развивается, конечно, смелости. Надо обдумывать схемы продаж, создавать кино и ничего не бояться. Сколько примеров, когда картины, которым предрекали провал, вырывались вперед и становились культовым кино. Поэтому надо много работать и самосовершенствоваться.

От себя хотелось бы выразить признательность Арсению за то, что согласился дать это интервью, и пожелать успехов в его отнюдь не простой деятельности.