Киношкола Митта.ру

Вы здесь

ПЕР ГЮНТ В ЛЕНКОМЕ. НОВОЕ ПРОЧТЕНИЕ СТАРОЙ ДОБРОЙ КНИГИ. Автор Беата Грушковская.

ПЕР ГЮНТ В ЛЕНКОМЕ.
НОВОЕ ПРОЧТЕНИЕ СТАРОЙ ДОБРОЙ КНИГИ.

Автор Беата Грушковская.

ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ: То, что я здесь пишу, это моё личное, очень субъективное мнение, так как я не критик, но молчать не могу.

Каждая встреча с театром Марка Захарова - это взрыв эмоций.
Фирменный стиль метра налицо - правда, бабульки воровато шушукались на откиднушках партера: " А где же музыка Грига? Куда "Танец Горного Короля" подевался?"
Как-будто мало им темы "Песни Сольвейг" - зацикленной, отыгранной, прогремевшей и прошептанной?

Сказочная первооснова — норвежская классика Генриха Ибсена — произведение, как выразился сам Марк Анатольевич "мирового размаха", и Пер - он как бы мульти-интернационален, ибо он такой, как все - ни богу свечка, ни черту кочерга. Этим-то он так и близок зрителю, этим он так нам дорог. Не шагает Шагин по прямой дорожке правильным протоптанным путём, путь его крив и извилист. Порой он бывает нахален, и даже подл. Выбирает все и сразу, здесь и сейчас — свободную и новую, неизведанную любовь, братство, пусть даже с троллями, вседозволенность и тут же "люли" за это наотмашь досками, то тонет в пороке и похоти, с намёками на садо-мазо, то потом старого "донжуана" радикулит прихватывает - не без этого.

Восхищает размах, антураж, технические прибамбасы, звук и свет. Огромный железный квадрат, как кубик-трансформер, превращающийся то в лес , то в гору, то в избушку. Сталактиты в троллевой пещере ... Бесподобные хореографические находки (Олег Глушков), живые музыканты. Виолончелист выжал из меня слезу.

Всё было "на самом высоком уровне", даже если сравнивать с Мюнхаузеном иТилем, или, уж если совсем обнаглеть и сравнить с "Орестеей" Штайна, где блистал Евгений Миронов. Отличия, конечно, есть. "Охореографился", что ли, герой Антонa Шагина, ибо исполнял все "па" прекрасно, как балетник, особенно "чечетку", символизирующую, видимо, суетливый бег времени. Монологи "милого проказника", меж тем, цепанули своей глубиной. Пот и слёзы не сыграешь. Браво, Антон!

Так же хороши были и все остальные: Пуговичник - просто великолепно! Ворона-ласточка, мать Пера в исполнении Александры Захаровой - какая удивительная женщина, даже неуклюжий парик не умолял её достоинств. И даже безымянные персонажи - к примеру, тролль,сползающий, как лизун, со сталактитового столба - просто изумляли до "вау" с открытым ртом((((((( Хои на ножках бедуинов (Александр Горелов и Кирилл Петров) - круть крутая! И снова аплодисменты срывает Глушков. Но как удачно подбирает уже немолодой Захаров таких отвязно-смелых хореографов! Респект и уважуха вечно молодому вкусу... Очень сильная сцена убийства рогатого жениха , решенная, правда, больше хореографически, чем драматически, равно как и сцена "раздачи люлей с 3-х метровыми досками" от Мас Мона "сотоварищи".

Александра Захарова - ну, пардоньте - даже на мать не тянет, такая тоненькая, с ухоженными босыми ногами... А какой аромат от её духов, как туман проползавший до 10 ряда партера. Вспоминаются возрастные Марина Неёлова в "Сладкоголосой птице юности", и Екатерина Васильева в "Орестее". Все наши женщины бьют наповал всеутверждающей силой русской театральной школы.

Роль Пуговичника была вознесена до небес, и хор в конце первого акта перекрывает своей мощью всё остальное действо.
Необыкновенный звук в сцене Психушка, отсыл к современности, - это "вэри гуд", но в ушах продолжает звенеть "Я знаю все его места"!

Анастасия Марчук - красавица и умница, выдала опасную и роковую оторву Ингрид!

Анжелика Кошевая - восточная богиня в красном - танец Анитры отожгла, так отожгла!

Спасибо большущее всему творческому коллективу.

С огромным уважением, Беата Грушковская.

Город: